Улыбки в лифте
May. 17th, 2007 09:28 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
whzВот Ботев приехал из Голландии и вспоминает, что там незнакомые люди друг другу улыбаются, а у нас - наоборот. Из этого не следует заведомо, что жизнь в Европе лучше, чем, например, в России, кому-то лучше там, кому-то здесь. Хотя мой опыт говорит о том, что многие стремятся уехать отсюда в Европу или Америку, а из уехавших очень малая часть возвращается. Им там плохо, они скучают, ругают местные порядки и местных жителей, но терпят. Это также ни о чем не говорит. Раньше считали, что на Западе лучше, потому что там витрины магазинов ломятся от изобилия товаров. "При капитализме товар бегает за человеком, а при социализме - человек за товаром" (с). Сегодня товар прибежал и гоняется за нами, взяв в союзники телевизор и интернет, однако, улыбаться друг дружке мы после этого не стали.
Еще одно замечание. Одна американская супружеская пара, впервые приехав в постсоветское пространство, описала здешний общественный транспорт как вариант группового секса. Впервые попав в США, я был поражен тем расстоянием, ближе которого незнакомые люди, как правило, не располагаются. Т.е., даже чуть задев другого краем одежды, человек извиняется. Ладно, в просторной Америке, но и в плотно населенной Европе - то же самое. Дело не в количестве населения на квадратный метр, а в качестве населения. И экономика вовсе не играет роли, будь она хоть сто раз рыночной. Право жить, так, как им удобно и так, как им хочется, советские люди отстояли в тяжелой борьбе.
И иллюстрацией ко всему этому вспоминается недавний случай в собственном подъезде. Лифт, если он не корпоративный на 20 человек, - это индивидуальное средство передвижения. В тесном пространстве, где по инструкции может находиться не более четырех человек, я чувствую себя крайне неуютно в присутствии любого постороннего человека, даже если ехать надо всего пару десятков секунд. Можно, конечно, спросить позволения и подсесть к вошедшим, но я предпочитаю ехать следующим. Так вот, войдя в лифт, мы с женой слышим крики "постойте! подождите", и к нам вваливаются еще трое соседей с ребенком, все румяные, толстые и жизнерадостные. Можно было, конечно, выйти и предоставить им право уехать без нас. Но это было бы расценено ими как выпендреж, и ничего кроме обиды не вызвало бы. Они поприветствовали нас и улыбнулись.
Еще одно замечание. Одна американская супружеская пара, впервые приехав в постсоветское пространство, описала здешний общественный транспорт как вариант группового секса. Впервые попав в США, я был поражен тем расстоянием, ближе которого незнакомые люди, как правило, не располагаются. Т.е., даже чуть задев другого краем одежды, человек извиняется. Ладно, в просторной Америке, но и в плотно населенной Европе - то же самое. Дело не в количестве населения на квадратный метр, а в качестве населения. И экономика вовсе не играет роли, будь она хоть сто раз рыночной. Право жить, так, как им удобно и так, как им хочется, советские люди отстояли в тяжелой борьбе.
И иллюстрацией ко всему этому вспоминается недавний случай в собственном подъезде. Лифт, если он не корпоративный на 20 человек, - это индивидуальное средство передвижения. В тесном пространстве, где по инструкции может находиться не более четырех человек, я чувствую себя крайне неуютно в присутствии любого постороннего человека, даже если ехать надо всего пару десятков секунд. Можно, конечно, спросить позволения и подсесть к вошедшим, но я предпочитаю ехать следующим. Так вот, войдя в лифт, мы с женой слышим крики "постойте! подождите", и к нам вваливаются еще трое соседей с ребенком, все румяные, толстые и жизнерадостные. Можно было, конечно, выйти и предоставить им право уехать без нас. Но это было бы расценено ими как выпендреж, и ничего кроме обиды не вызвало бы. Они поприветствовали нас и улыбнулись.
