Падающие старухи
May. 30th, 2003 03:37 pmЭто не Хармс и не начало двадцатого века. Это Германия, начало двадцать первого. Общественный транспорт. Немецкие старухи представляют собой национальную составляющую пассажиров, поскольку только крайняя необходимость может вынудить нормального немецкого гражданина трудоспособного возраста отказаться от поездки в собственном автомобиле. В метро и трамваях едут большею частью немецкоговорящие турки, русскоговорящие евреи, негры, китайцы и прочие представители третьих миров. Но бабушкам деваться некуда, потому что права у них отобрали по причине их слабого здоровья, чтобы не рисковать безопасностью остальных участников додрожного движения.
Немецкие старухи равно отличаются и от наших, бывших советских старух, и от немок помоложе. От наших их отличает наличие зубов во рту, чистая одежда, удобная новая обувь и стандартная прическа из мелких седеньких кудряшек. От немок же помоложе они отличаются более человеческим выражением лиц. Конечно, лица немецких женщин все вырублены одним и тем же топором, но у пожилых это уже не так раздражает. Зато к старости исчезает необходимость изображать фальшивую приторную приветливость, тонкие губы поджимаются, и глаза глядят настороженно, не ожидая от жизни ничего хорошего.
Заходит такая сухонькая старушка в вагон, а места присесть нет, и никто не думает уступать. Немцы, и все прочие, которые от немцев научились, чтут закон, а такого закона, чтоб место в транспорте старушкам уступать, в Старой Европе еще не приняли. И старушки все понимают, они в свое время, когда были молодыми, тоже не уступали место старушкам, которые в свое время, когда были молодыми, кто с Гитлером сотрудничал, а кто и сопротивлялся, а сейчас тихо покоятся на чистых немецких кладбищах.
Нет проблем. Пару шагов, пару стуков палочкой, но поезд трогается, рука судорожно тянется к поручню, не достает, и старуха молча, не издав ни звука, ровненько, как стояла, валится в проход. Тут, конечно, начинается легкая суета, сердобльные попутчики помогают подняться, подают палочку, прицепляют руку к поручню, занимают свои места и едут дальше. Инцидент исчерпан.
Был день, когда мы подобную картину наблюдали дважды за одну поездку. Младший сын очень точно определил явление: "Бабкопад".
Немецкие старухи равно отличаются и от наших, бывших советских старух, и от немок помоложе. От наших их отличает наличие зубов во рту, чистая одежда, удобная новая обувь и стандартная прическа из мелких седеньких кудряшек. От немок же помоложе они отличаются более человеческим выражением лиц. Конечно, лица немецких женщин все вырублены одним и тем же топором, но у пожилых это уже не так раздражает. Зато к старости исчезает необходимость изображать фальшивую приторную приветливость, тонкие губы поджимаются, и глаза глядят настороженно, не ожидая от жизни ничего хорошего.
Заходит такая сухонькая старушка в вагон, а места присесть нет, и никто не думает уступать. Немцы, и все прочие, которые от немцев научились, чтут закон, а такого закона, чтоб место в транспорте старушкам уступать, в Старой Европе еще не приняли. И старушки все понимают, они в свое время, когда были молодыми, тоже не уступали место старушкам, которые в свое время, когда были молодыми, кто с Гитлером сотрудничал, а кто и сопротивлялся, а сейчас тихо покоятся на чистых немецких кладбищах.
Нет проблем. Пару шагов, пару стуков палочкой, но поезд трогается, рука судорожно тянется к поручню, не достает, и старуха молча, не издав ни звука, ровненько, как стояла, валится в проход. Тут, конечно, начинается легкая суета, сердобльные попутчики помогают подняться, подают палочку, прицепляют руку к поручню, занимают свои места и едут дальше. Инцидент исчерпан.
Был день, когда мы подобную картину наблюдали дважды за одну поездку. Младший сын очень точно определил явление: "Бабкопад".